|
* * *
Закатилось солнце,
Закатились глазки.
У бойца усталого,
Чья-то кровь на каске.
У бойца усталого,
Нелегка работа.
Он опять сегодня,
Убивал кого-то.
Ненавидят матери,
Игры в Аты-Баты.
Были их детишки,
А теперь солдаты.
А теперь атаки,
Да чужа сторонка.
Тут были солдаты,
А теперь воронка.
Братья тех кто сгинул,
Будут мстить, грызть глотки.
Баба овдовевшая,
Выпьет стакан водки.
Ей бы взять верёвку,
Привязать бы к крюку.
Да ребёнок мокрый,
Щиплет мать за руку.
Он в волнах иллюзий,
В ад плывёт на катере.
Молоко-то горькое,
Оно со спиртом матери.
Эх война - затейница,
Смерть с бедою пляшут.
Бросят горя семена,
И землёй замажут.
Взрывами как паклей,
Напихают уши.
У судьбы оглохшей,
Чьи-то вырвут души.
Лишь боец усталый,
Счастлив и смеётся.
Он войне в вечной любви,
Страстно признаётся.
Распластался на траве,
Да и ещё обгадился.
В бою сошёл с ума,
День как-то не заладился.
А.Дудоль
* * *
Я опять заболел душой,
Простудилась душа от разлуки.
Нужно делать же что-то с собой,
Но опять опускаются руки.
Поселил тебя в сердце своем,
Ты ушла даже дверь не закрыла.
И ушло всё из сердца тепло,
И в глазах как-то стало дождливо.
А.Дудоль
* * *
Порой так хочется тепла,
Как мокрым птицам на рассвете.
Но жаль проказница судьба,
Всё мчит и мчит в своей карете.
Постой судьба, не торопи,
Нам чужд тот путь, куда мы едем.
Но снова слышен свист кнута,
И мы везём судьбу в карете.
На повороте повернув,
Мы плачем – не согласны с этим.
Но вожжи хлещут по бокам,
И только слышен смех в карете.
А.Дудоль
СКОРОСТЬ
Я самый живой мертвец,
Я самый здоровый больной.
Я пришёл головой в этот мир,
И уйду из него ногой.
Братья бейте меня плетьми,
Ведь на мне столько места для них.
Нагуляются в волю пусть,
Нагуляются пусть за двоих.
Ну а мне только боль и нужна,
Больше некому спину ласкать.
У меня забрала жизнь всё,
Только боль ей мою не отнять.
Да, конечно, я сам виноват,
Что на скорость судьбу обменял.
Обменял всё - любовь и семью,
Только боль свою, не обменял.
А.Дудоль
ВЗГЛЯД
Две звезды загорелись в стекле,
Это капли дрожащего утра.
Я спрошу можно ль Бога любить,
Если каждый твой день Кама-сутра?
Если каждый твой день это секс,
Твоя слабость, печаль и простуда.
Загоняют тебя в три стены,
А ты ждёшь откровенного чуда.
Ты кричишь с воплем слюни летят,
Их так много опять накопилось.
У судьбы получилось опять,
У тебя снова не получилось.
Лишь молитва - платок носовой,
И для нищего мел это пудра.
Ты увидишь взгляд Бога в окне,
Это капли дрожащего утра.
А.Дудоль
Я В ТВОИХ ГЛАЗАХ УТОПАЮ
Я в твоих глазах утопаю,
Забываю, о всём забываю.
Моё тело сгорает в желанье,
Не найти мне в себе оправданья.
Твои губы, так ангельски нежны,
Как прекрасный весенний подснежник.
Я хочу к ним прильнуть поскорее,
И напиться любовью твоею.
Я тебя обожгу поцелуем,
Опьяню, одурманю словами.
Мы забудем заботы мирские,
И оставим любовь только с нами.
Пыл любви нашей скрасит страданья,
Что мы чувствуем в дни расставанья.
В этой суетной жизни бесцельной,
Я и ты станем центром вселенной.
А.Дудоль
КОНЕЧНЫЙ ЭТАП
Конечный этап мой, больничная койка,
И это приятней чем просто помойка.
Обрывы, овраги, пустые флагштоки,
Я в жизни менял очень часто дороги.
Бесцельный полёт и безумие мысли,
Любовь потерял, мои чувства провисли.
Остались лишь вздохи как боль непризнания,
Усталость как след ледяного касанья.
Пришла только ты попрощаться со мною,
Из глаз убегает слеза за слезою.
Дорожки на щёках чернеют от туши,
Когда ни будь там, наши встретятся души.
Ко мне ты подходишь, так смотришь устало,
Но вижу, что смерть приподняла забрало.
Костлявые пальцы ужалили руки,
И нервы завыли прощальные фуги.
Поток чёрной крови терзает сознанье,
И я уже вижу на небе гулянье.
Душа, тихо хлюпнув, взлететь не сумела,
Больничные иглы вонзаются в тело.
А.Дудоль
ПАДЕНИЕ
Два разрыва, чёрных смерча,
По зрачкам прошли и встали.
Два удара по сознанью,
Чашу мыслей расплескали.
И поплыли по сознанью закорючки подсознанья,
По исхоженным дорогам, смыв стремленья и желанья.
Те желанья, что над жизнью тебя выше поднимали,
Те стремленья, что давали силу духу, воле знамя.
А потом второй волною накатило отрешенье,
И ушли мирские стены вместе с ними к ним презренье.
А под кожу, да по венам всё лилось колючей жижей,
То чего так не хотелось, но не мог он жить с той грыжей.
Что нажил, ломая стены, закрывавшие дорогу,
Те, которые возносят пред людьми, да ближе к богу.
А.Дудоль
ЛУНЕ
О богиня моих мыслей,
Ты опять в ресницах ночи.
И тихонечко хохочешь,
Над моим скупейшим слогом.
Ну, а я рублю верхушки,
Как могу, но что есть мочи.
Сам себе кричу не сдамся,
Да плюю злым дням да в очи.
Жду с огромным нетерпеньем,
Когда лик твой чуть усталый.
Вновь предстанет предо мною,
И тогда я буду пьяный.
От стихов своих и песен,
В чьих волнах плыву я брасом.
То глотая воздух музы,
То на дно идя с отказом.
Я ж ребенок в твоей люлке,
Дай же грудь я выпью разом.
За минуты мук и взлетов,
Помину их горьким квасом.
А.Дудоль
СНЕЖИНКИ
Снежинки кружатся вальсируя в небе,
Баюкает месяц ночной небосклон.
Они опускаются, падают в ноги,
Тебе от меня посылая поклон.
И пусть эти белые странники ночи,
Растают упав на ладони твои,
Как я, твой забытый когда-то растаял,
От страстной и нежной, недолгой любви.
А.Дудоль
АРЛЕКИН
Я арлекин, я путник серых сцен,
Людей смешил и этим наслаждался.
Был к дамам мил любил их и кутил.
Но вот с одной колдуньей повстречался.
И я провел с ней ночь наедине,
Была она одной из прошлых многих.
На утро та ушла я дверь закрыл,
Но вместе с ней лишился чувств глубоких.
Мне опостылели женские тела,
Манящие, сжигающие взоры.
Оставьте дамы Ваши уговоры,
В разбитом сердце лишь живет она.
О как мне жить, мой мир стал сер и пуст,
С собою унесла колдунья краски.
И не узнать мне больше сладких уст,
И не узнать мне больше горькой ласки.
Печальная картина предо мной,
Печальнее и быть не может в свете.
Средь бела дня завыл дворовый пес,
Знать смерть пришла по старой той примете.
А.Дудоль
СТРАСТЬ ДВОИХ
Позапутался рассудок,
В звеньях нервных окончаний.
Улетел отбросив тело,
О придирчивых касаний.
Зазвенели стекла в окнах,
Что в стенах былых оказий.
И сорвал глухие ставни,
Вихрь опущенных фантазий,
Задрожала, заиграла,
Кровь бичом хлестнув по венам.
Крайность мыслей подковала,
Даровав дорогу генам.
Ярко вспыхнули узоры,
Очертаний, ломких линий.
И вцепились в тело своры,
Пылких чувств, в устах чьих линий.
Все сплелось и все порвалось,
Все разбилось и слилось.
И в телах шальных осталась,
Лишь усталость, все сбылось.
А.Дудоль
КРИВАЯ ДОРОГА
Всякий кормит мозг дурманом,
Всякий славит забытье.
С огурцом, да со стаканом,
Дарим детям бытие.
Как бы не было похмелье,
Тяжело от смутных.
Руку тянет к утешенью,
В искушенье кануть в ней.
Трусы смелость пьют с раствором,
Яда и простой воды.
Во стаканах вечно спорит,
Зло с предметом чистоты.
Легче падать по наклонной,
Или пасть к чухой ноге.
Все равно лицо грязь встретит,
Только лиц вот нет нигде.
Их размыло руслом жизни,
Унесло в безвольный край.
И стоят они по краю,
Тянут руку, брат подай.
А.Дудоль
ЗАТЕМ!
Зачем страдать, зачем любить,
Зачем мотать мучений нить.
В клубок страстей, мечтаний, дней.
Когда ход стрелок – жизни спиц,
Сплетет из жизненных крупиц.
Чистейших чувств, стихов, цветов,
И боязливых нежных слов.
Нет, не цветы, а скучный мир,
Где серый быт всему кумир.
Себя спрошу, да и плевать,
Пока живу, хочу страдать.
А.Дудоль
* * *
В полете движимым неволей,
В зигзагах выбора мечты.
В разбитых стеклах темных окон,
Колышет ветром у черты.
Кто ищет счастье здесь, тот счастлив,
Борьба с собой – неравных бой.
Но дважды счастлив кто без боя,
Уже нашел себе покой.
Затраты первых, им не важны,
Вторым потери нестрашны.
Как первым дороги секунды,
Вторым же годы не нужны.
Абсурд, но равны в серых взглядах,
Безвольных в воле злой реки.
Для них и эти и другие,
Безумцы в лодках, чудаки.
Не будем спорить не с одними,
Наступит время, даст отчет.
Кто больше сделал для потомков,
Чье имя вспомнят, чье умрет.
А.Дудоль
ПОЗНАКОМЬ
Познакомь меня с собою,
С твоей внутренней звездой.
Приоткрыв завесу таинств,
Дай слова душе немой.
В этом холоде вселенной,
Я загнал своих коней.
В мраке масок и расчета,
Не нашел звезды твоей.
Пали кони, пали чувства,
Разорвалась смысла нить.
И клубочек в даль умчался,
С кем же гнездышко мне свить.
В днях тоски в минутах боли,
Больше места нет для сна.
С этой осенью холодной,
Умерла души весна.
А.Дудоль
ВЫЗОВ
Я выдумал эти стихи,
Я выдумал в них утешенье.
Я вырвал крупицы души,
Из чаши мирского забвения.
Брезгливые строки столбцов,
Не терпят покой пыльных полок.
Они посылают бойцов,
Гнать гарь, душный смрад вон из створок.
Очистить, проветрить сердца,
От копоти дней искаженных.
В кривых зеркалах той страны,
Какая хоронит рожденных.
Хоронит и плачет навзрыд,
И слезы горьки словно водка.
Накапай страна мне стакан,
Себя помину, что мне сотка.
Склонясь над могилой своей,
Смеясь, что смешны так невзгоды.
Себя утешаю опять,
Придет час, воскреснут те годы.
Что канули счастье забрав,
В болото интриг в омут власти.
Вернуть бы их людям опять,
Но войны несут лишь несчастья.
А.Дудоль
ТЕЛЕФОННЫЙ РАЗГОВОР
О, скучающая дева,
Вновь стоишь у телефона.
Поишь ядом не согласий,
Одиночеством больного.
Ну, откинь же свои маски,
Дай вглядеться в тою душу.
И тогда лишусь покоя,
Стены комплексов разрушу.
Но кивают головою,
Лишь гудки из мертвой трубки.
Ты опять меня не слышишь,
Ты опять ко мне спиною.
А.Дудоль
* * *
На краю стоял обрыва,
Странный путник без сапог.
А за ним гордыни полный,
Одинокий рос цветок.
Разорвав себя обрывом,
Словно криком средь тиши.
На краю стоял уныло,
Без сапог и без души.
Из болот и буреломов,
Путника взошел росток,
Здесь же средь камней и ветра,
Повстречал его цветок.
И распутав сладость странствий,
И свободы как клубок.
Средь камней остался путник,
Полюбил он тот цветок.
Но корыстный вольный ветер,
С кем делил он странствий сок.
Не простил ему измены,
И решил сгубить цветок.
И тогда белилом снежным,
Подлый выписав узор.
Ветер холодом обманов,
Притушил любви костер.
Нет, огонь из оправданий,
Нет, цветку не помогли.
И тогда влюбленный путник,
В пламя бросил сапоги.
Ветру он вскричал навстречу:
«Мне не нужен скрип сапог!
Забери хоть мою душу,
Но верни ты мне цветок!»
И все замерло в испуге,
Захлебнулся крик в тиши.
На краю стоял уныло,
Без сапог и без души.
Покачнулся он ослабший,
Земля вышла из под ног.
Но пред пропастью обрыва,
Он схватился за цветок.
Нет, никто тогда не слышал,
Что цветок ему шептал.
Но с каким счастливым взглядом,
Путник пальцы разжимал.
А.Дудоль
|